10-го марта прошел юбилейный митинг «За честные выборы», вот уже три месяца несистемной оппозиции удается выводить на улицы тысячи людей. Место проведения митинга обычно согласовывается с мэрией Москвы, там устанавливают сцену, с которой выступают разной степени известности персоны (в основном это мало кому знакомые до декабря правозащитники и активисты незарегистрированных партий вместе с несколькими медийными персонажами). Они провозглашают требования собравшихся и их же недовольство глухотой правительства. Люди либо громко соглашаются с ораторами, либо глубокомысленно молчат. Интерес вызывает другое: откуда все эти ораторы взялись и почему их слушает толпа? Большинству до 4-го декабря не было известно о деятельности «Солидарности» и личности Ильи Яшина, воз и ныне там, кстати. «Левый фронт» был не менее «темной лошадкой» так же как и Сергей Удальцов. Даже о тройке из ПАРНАСа: Рыжкове, Касьянове и Немцове многие к 2011-у успели забыть. Алексей Навальный, популярный блогер, может быть, и был кому-то знаком, но что такое блогер? Про остальных можно примерно тоже самое сказать. За три месяца ситуация изменилась: митинги из малочисленных, граничащих с истерикой, выкриков единиц превратились в многотысячные сборища и нескрываемые претензии к первым лицами правительства (не всегда правда обоснованные); активисты несистемной оппозиции стали де факто, а некоторые и де юре представителями официальной оппозиции; а за кулисами митингов, в Кремле, рассматривают законы о прямых выборах губернаторов, упрощении регистрации политических партий и перепроверки дел «политических заключенных» по спискам той самой оппозиции. Правда многого митингами добиться не получилось: глава ЦИКа все еще занимает свою должность (хотя вроде как хотел уйти), госдума наполнена по итогам 4-го декабря, а Путин ждет инаугурации по итогам 4-го марта. Зачем же было выходить 10-го марта? Что вообще там произошло?

В кафешках на Арбате были недовольны митингов, завсегдатае, люди тусовые старшего школьного и младшего студенческого возрастов выговаривали зашедшим активистам: «Ну и чего вы добиваетесь?», «Что раньше лучше что ли было?», «Сейчас можно своим трудом чего-то добиться, а раньше?», «Ну побузите и что?»… «Вы посмотрите в окно, куда вы идете? На лицах их смотрите… это же рабо…», - волновались девушки за эпатажного хорошо одетого и подстриженного мужчину лет тридцати. «Это класс креативный, рабочие на Поклонную ходят.» - гордо отвечал опекаемый девушками, его слова были знакомы, они часто попадались в интернет-баталиях. Многие посетители кафе в окна рассматривали полицейское оцепление, так близко и так много органов правопорядка они никогда не видели, выйти и потрогать защитников улиц все боялись.

До металлоискателей шел вместе с Робокопом (мужчина в костюме-коробке) и знакомым из «Новой», все были радостны: я, что погода хорошая, Робокоп, что девушки пристают, журналист, что в выходной работать надо. Металлоискатели прошли быстро, обыскивали несильно, правда, на середине женщина спохватилась и передала меня коллеге мужчине. Портфель осматривали вскользь и весьма дружелюбно. «Что ж вы с ноутбуком? Вдруг разобьют?» - заботливо спросил мили… полицейский. «А кто?» - «Так хулиганы» - немного подумав, ответил он, видимо металлоискатели пропускают хулиганов. «А которые?» - не унимался я. «Ну… Хулиганы разные бывают… Все-таки массовое мероприятие…» - «На Лужниках не разбили, думаю и тут не будут», - показал я себя «тертым калачом» перед полицейским, а он как-то неодобрительно на меня глянул под конец.

У сцены было солнечно и многолюдно, хотя я привык к тому, что к сцене не протолкнуться. Толпу описывать не буду, она была обычно пестрой, митингующей: флаги «Солидарности», «Яблока», «имперки» националистов, красные полотна КПРФ, «Левый фронт» и чьи-то незнакомые знамена… Плакаты с креативными лозунгами, уличениями власти в правонарушениях и просто недовольствами первыми лицами – разномастно, карнавально, скучно-знакомо. Были и ТВшники с операторами, они собирали интервью участников митинга, с тележурналистами радостно общались, махали флажками и на камеру витиевато гневались на власть, какой-то мужик с криками бегал на пустом пятачке и искал провокаторов, его радостно снимали объективы.

Начались выступления. В этот раз у митинга была две темы: недовольства выборами и, конечно правительством, а так же тревожащая всех тема политзаключенных, а особенно вызванного завтра в суд Алексея Козлова. Первые выступления Козлову и были посвящены, толпа слушала с интересом – мало кто знал Алексея Козлова. Выступили правозащитники и журналисты Зоя Светова (NewTimes), Маша Эйсман, координатор «Руси сидящей» Маша Наэль. Затем людям предложили принять короткое решение митинга из двух простых пунктов: 1) прекратить незаконное преследование Алексея Козлова; 2) требовать от правительства комплексной судебной реформы. Толпа разразилась криком «ДА!», однако все хотели митинговать за честные выборы.

Сначала Дмитрий Гудков, вернувшийся из Астрахани, пожаловался на выборы мэра Астрахани, рассказал, как фальсификаторы там боролись с наблюдателями, а затем слово перешло Максиму Виторгану. Он зачитал с бумажки свою речь. Виторган был наблюдателем в Строгино и сказал, что всем и обманутым оппозиционерам, и используемым в каруселях, и сотрудникам избирательных участков было отказано быть людьми, после чего провозгласил Путина «президентом цифр, а не людей», призвал присутствующих быть «терпеливыми и упрямыми», «рассказывать и убеждать» и «расширять границы собственного влияния». А так же не бросать своих, и придти к Пресненскому суду в поддержку Алексея Романова. Закончил же он выступление сочинением «замечательного драматурга» Алексея Моисеевича Володина, чтение которого толпа перебивала выкриками «Россия без Путина». Поэзия все еще далека от народа, но Максиму Виторгану сегодня точно удалось расширить границы собственного влияния.

Григорий Мелконьянц из «Ассоциации Голос» сказал, что сейчас проводится большая работа по установлению реальных результатов выборов, впрочем, он же признал, что это не возможно, однако обрадовался тому, что можно оценить масштабы фальсификаций. Его речь пытались перебить выкриками «Путин вор», Мелконьяц не кричал, закончил он лозунгом: «Вернем России выборы». Мне жаль бюджетных денег потраченных на ненужную и малозначимую работу, в независимости от того из какого бюджета эти деньги уходят.

После «ветерана отечественного выборостроения» выступил представитель «Лиги избирателей» Николай Беляев. Он поприветствовал пришедших на митинг героев и сказал, что процент проголосовавших по открепительным бюллетеням и на дому увеличился, а так же не признал власть Путин, но ничего не имел против демократии: «Мы здесь власть».

«Великий спортсмен и политик» Гарри Каспаров, начавший свою речь со старой шутки про опасения Онищенко и гриппе, остался верен себе: назвал выборы «спецоперацией по коронации пахана», а не выигравших кандидатов в президенты карикатурными персонажами: «Миронов, Жириновский, Зюганов – трус, балбес, бывалый и Прохоров, из которого срочно начали лепить гиганта мысли и отца русской демократии», а так же упомянул о возросшем количестве «встреч с избирателями на муниципальном уровне» по России, не все в толпе поняли, для какого кандидата это было сделано.

После гроссмейстера сквозь свист выступала Ксения Собчак. Она дивилась увиденным нарушениям на выборах 4-го марта, которые увидела, говорила, что проводила журналистские расследования и ратовала за судебную реформу. Из толпы ее просили крикнуть «Путин вон».

Григорий Явлинский и Сергей Митрохин, немного поговорив, передали слово Алексею Склярову, директору телекомпании «Пульс», на которую идут гонения в Азове. Со сцены выдвинули «простое требование»: «Руки прочь от «Пульса». Многим кричалка понравилась.

В это время пришла информация от сотрудников полиции, по их мнению, на Новом Арбате собралось пять тысяч человек, организаторы обиделись, оценив собравшихся в двадцать пять тысяч человек, и пригрозили собрать митинг у здания ГУВД, чтобы потребовать «честно считать количество участников митингов «За честные выборы».

После выступила студентка журфака и избранный муниципальный депутат в Южном Тушино Вера Кичанова. Она выиграла выборы как самовыдвиженец и поблагодарила своих друзей из либертарианской партии, помогавших ей в этом. Она выступила за подотчетность власти и была избрана, думаю, теперь жители Южного Тушино ждут отчетов.

Координатор общества «Синих ведерок» Петр Шкуратов, который был наблюдателем на выборах, признался, что было не очень хардкорно.

Дмитрий Орешкин не мудрствуя выдал много-много цифр о выборах, цифры плохо укладывались в уме…

Выступали многие другие, но я уже уходил, захотелось тишины. Однако согласен, с услышанным спиной: главное отличие митинга 10-го марта, а по-моему, и новая качественная ступень борьбы за гражданское общество в том, что на сцене было множество наблюдателей, часто и совсем неизвестных, а в толпе их было еще больше. Ради этого можно было морозиться и 10-го декабря и 26-го, и 4-го февраля (не имеет значения где: на Якеманке или на Поклонной)… Состоялись выборы, и на них какая-то часть людей пошла голосовать: неважно за стабильность или за реформы, неважно портили они бюллетени или забирали с собой, главное, что они думали, что делать. А еще важнее то, что начал выкристаллизовываться класс российских граждан, который следил за честностью…

Говорят после митинга полиция снова забрала Удальцова.