12:28 

Мединский и "Стена"

21 февраля в Московском доме книге прошла встреча с читателями историка, доктора политических наук, в прошлом депутата и автора нашумевшего трехтомника «Мифы о России». Владимира Ростиславовича Мединского. Он представил свой беллетристический дебют – роман «Стена», а так же поделился соображениями об истории, системе образования, политике и т.д.


По залам Московского дома книги (МДК) разносилось приглашение на встречу с автором нового исторического романа «Стена» Владимиром Мединским, на которой ожидалось появление «режиссера и общественного деятеля» Никиты Михалкова. Люди ломились в кафе МДК, к сцене, в
надежде лицезреть… Было не совсем понятно на кого хотят посмотреть пришедшие: у многих в руках была вышеупомянутая «Стена», но фамилия Михалкова слышалась чаще. Начал встречу внушительный мужчина в красном шарфе поверх костюма, помощник Владимира Мединского, Андрей. Он извинился за опоздание своего шефа и уверил, что Владимир Ростиславович в качестве извинения готовит сюрприз, впрочем, один сюрприз Андрей углядел сам, приметив мирно сидящего в кафе Анатолия Вассермана, который тут же, сославшись на дела, покинул МДК. После этого речь
пошла о презентуемой книге: Андрей уверял, что читатели не будут разочарованы первым опытом Мединского в беллетристике. «Балет рифмуется с полетом», - говорил Андрей Вознесенский, так же «Война» и «Стена» …» - ударился в лирику Андрей, вспомнив о предыдущей книге Мединского «Война», тут появился сам автор. Проходя к сцене, он поблагодарил сидящего в зале мужчину за отличную рецензию. Так началась встреча с Владимиром Мединским, а рецензент удалился, как до этого Вассерман.


Первое беллетристическое произведение Владимира Мединского рассказывает о Смутном времени. Владимир Ростиславович негодовал: Францию XVII века описал Дюма, и имя Ришелье знают все, а о Филарете, отце первого царя из рода Романовых, русском Ришелье, никто не слышал, потому
что у него не было своего Дюма. Мединский, конечно, не считает, что сможет достичь лавров знаменитого француза, но решил не бездействовать. Вообще о Смутном времени мало пишут и снимают, пенял Мединский, вспомнился ему только фильм Владимира Хотиненко «1612».


Особо дотошные читатели Мединчкого попытались выведать у Владимира Ростиславовича, какие источники он использовал при написании книги. Автор нехотя назвал Карамзина, некие документы Смоленского кремля и упомянул «другие труды историков», а также пустился в рассуждения о
том, что история – это миф. В подтверждение своего тезиса Владимир Ростиславович вспомнил о расстрел Белого дома в 93-м году, о котором не так уж и много известно…


Поделился Мединский впечатлением от увиденной им недавно книги «Антимединский», потешившей его самолюбие, в ней Владимира Ростиславовича называют «соловьем путинского режима». «Никаких работ по промывке мозгов власть не ведет», - уверил Мединский, вроде как укорив
власть.


О творческих планах в беллетристике Владимир Мединский не стал распространяться, посетовав, что на написание «Стены» ушло два с половинной года, да и появилась она, потому что Мединского не избрали депутатом, у автора появилось свободное время. Однако, будет ли Владимир Ростиславович писать новые художественные произведения зависит от судьбы «Стены», если книга провалится, беллетристической литературы читатель от него больше не дождется. Однако в «Библио-глобусе» книга уже на втором месте по продажам после «Гражданина поэта».


Коснулись в разговоре и темы образования. Владимир Ростиславович, отец сына-школьника, рассказал об alma mater своего отпрыска. Стенгазета «обычной, некоммерческой школы в центре Москвы» поразила историка двумя вроде бы непримечательными заметками. В газете сообщалось, что
девять выпускников школы стали героями Советского Союза. «Почему в школе нет памятника героям?» - недоумевал Мединский, возможно это объяснялось интернациональным составом героев: из девяти один или два были русскими, остальные украинцами, азербайджанцами и т.д., даже один испанец. Несправедливость по инициативе Владимира Мединского совсем недавно исправили родители школьников, на свои деньги установив в школе мемориальную табличку. Другая заметка информировала, что в бытность школы женской гимназией в ней пять лет преподавал музыку Рахманинов. «Если в Вене Моцарт зашел бы в какое-нибудь кафе и попил кофе, это кафе стало бы туристическим местом» - возмущался Мединский.


Конечно, всплыли и политические вопросы образования. «Будет ли Фурсенко министром образования после 4-го марта?» «Знаю что нет», - безапелляционно заявил Мединский, однако оговорился, что реформы образования, результатом которых стало ЕГЭ, противником которого является историк, начались еще до Фурсенко.


Возмутился Мединский и пестротой учебной литературы в России, он насчитал 27 учебников по истории, рекомендованных для обучения в школе. Владимир Ростиславович уверен, что учебник должен быть один, а такое количество книг обуславливается только финансовыми выгодами определенного круга лиц.


Начав разговор о политике, нельзя было не спросить Владимира Мединского о его партийность. «Я считаю не пристойным выходить сейчас из Единой России», - ответил бывший депутат. В прошлом Владимир Ростиславович вступал в партию «Отечество», которая на тот момент была «крайне оппозиционной», а после автоматически попал в Единую Россию. Поделился Мединский и своими соображениями о Юрии Лужкове, по мнению Владимира Ростиславовича экс-мэру Москвы нужно поставить памятник, за то что он восстановил хозяйство после Гавриила Попова.


После столь насыщенного разговора с читателями началась автограф-сессия. Никита Михалков так и не появился.


URL
   

Дневник marcet

главная